Мы с тобой вместе больше
Чем сумма каждого из нас по-отдельности.
И вот опять, раскачиваясь на поребрике
Я доверяю глухому мраку, неизвестности,
Красной почтовой тумбе
Свою тебе открытку, дорогая.

Наверное всё простужено и
Ноябрь-- жесточайший месяц.
Солнце закатывается всё быстрее,
Регулярная смена сезонов заставляет
Не доверять лотерее
На фоне снующих кэбов.

Привыкая к разлуке осмысливаю тишину,
По Стрэнду бродя или по Кинг Вильям стрит,
У набережной, упершись в змею фонаря,
Где тёмные шхуны выдаёт габарит.
Река сжалась в ручей, но скоро будет прибой:
Передо мной две дороги, но мы идём по одной.

Ничто, что ты на самом деле хочешь в жизни
легко.
Cижу, за шторой дождь, туман как
молоко.
Навстречу смутной призрачности из глубины
нутра
Гремят все водосточные, скрипят все
флюгера.

Пора, пожалуй, две обнять колени и остановить здесь
бег;
Покой изыскивает всякий и усталый
человек.
Так всё закономерно, но в сущее, не запустить
ковша,
Понюхать пожевать как выглядит
душа.

Сижу у батареи, утро, пока не чертит
путь
Рассвет, луна как компакт-диск, асфальт как
ртуть.
Ничто, что ты по сердцу хочешь в жизни
далеко,
В тоннели входят поезда как нить в
ушко.

Я все линии и все три луча проходил
Я со всеми пил, но не всех любил,
Разгонялась и исчезала волна
И не было видно дна.

Знать когда собирается туча- брысь
Я забыл кого мне просить: вернись;
Становился прекраснее мир
Как ампир.

Вне ожидания чуда
Порой поражает простуда,
Но вернее проходит время,
И разрешается бремя.

В тех местах, где везде- перспектива
Всё слонялся без невест и мотива
Исчезали быстрее огни
И медленнее корабли.

До встречи

Жаль, что умер любимый актёр,
Теперь о нём снимут сонливый фильм
И покажут по второму каналу.

Но останутся любимые фильмы
Ностальгия
И все остальные.

Lucian Freud

Второе
Во мне ничто не временно,
Не с чистого листа, но
Недостижима простота до
Известного предела.

Во мне ничто не поздно,
Не рассыпаясь в прах во
Свернутый кулак по-
ка Раскачивается грозно.

Беда и провода вдоль
Любовь идёт которых. Боль
Неразличима с нею, так
Весь иссякает страх.

Когда у окружающего вдруг исчезает суть
Пора, пожалуй, собираться; путь
Продолжителен, но не длинна верста, да
В этом всём одна лишь красота.

tags: Виршики

Первое
В отсутствие адресата пишу тебе напролом
Без растяжения, без претензии, даже вздоха
Всё тает опять и правда видимо в том
Что всегда незаметно уходит эпоха.

Хочется различать и рассматривать жизни соль,
Чтоб возникал в окружающем образ достойный
Не скажу, что мешает  какая-то боль
Или что характер излишне вольный,

Но по-моему лучше жить в тишине
Различать посторонние звуки;
Самое красивое в женщине- руки
В особенности, в белизне.

Перевернув календаря страницу
Я не нахожу никаких дел
Похоже пора веселиться
И свободе найти предел.

Всё забудется, исчезнет стремглав
Мало жил я но долго рос,
Любопытству свободу отдав,
Задаю тебе этот вопрос:

Что же выйдет, моряк, из этого года
Что останется, как песок после отлива
Что исчезнет как дым из парохода
На фоне Финского залива?

                                     

                                          From the Old Schools

Эх, теперь я работяжка
Нету времени на стишата
В округе кризис, а я богатею
Так получилось, ребята.

Есть, пожалуй, здесь причуда разложения,
Пусть нам хочется быть Гамлетом, но принцем
Можно стать лишь по рождению,
Воображая мир зверинцем.

Всё это, конечно ужас, ужас да и только
Как под шубою лежит селёдка
Так под спудом нам всё жизнь не в милость
Тихо Ярославна прослезилась.

Так заполнен образ промысловый,
Так находится бродягам пища,
Чувство следует за словом,
Как от смерти будет пепелище.

Вот тебе и принц- весь образ протестанский,
А на самом деле- как из русской сказки
В целом всё к добру, но только
Вместо рыбки ловится селёдка.

Процессия Эрлов в Парламент. 4 Февраля 1512 года.

У меня много хороших новостей и не только. Так что я скоро появлюсь. Всех помню.

Поздравляю всех с Новым Годом. Впервые работаю во время праздника. Желаю всем всего самого доброго. В следующем году лучше быть умеренными, наслаждаясь тем, чего раньше не замечали. Будьте бдительны на зебрах и не управляйте выпивши. 2009!

Если бы в снеге росли цветы,
Я бы жил за полярным кругом.
Вся остывает кровь,
Делая разум упругим,
Что легче выживать одному
Укутываясь в бахрому.

Холод совершенствует стан,
В холоде можешь быть стоик,
Весь высыхает пот,
Холод- не параноик
Тянуть простыню на себя,
Приятнее делать любя.

Того, с кого тянешь, весь мир
Удобнее изучать застывшим.
Не смотря в глаза сфинксам
Притворяться любившим,
Сохранять для лета мечты,
Заполняя прилив пустоты.

tags: виршики

Рассматривая звёзды я знаю наверно,
Что за их заботы мне дорога в инферно,
Но на земле безразличие лишь меньшее из зол
Мы вынуждены трепетать от человечности,
или же прыгать к бесам в котёл.

Как бы нам нравилось, если бы звёзды горели
Со страстью к нам, какую обратно они бы не возымели?
Если равной привязанности не может быть,
Позволь мне более любящим слыть.

Ценитель, славу которого придётся мне нажить,
Звёзд, (всем им сейчас на это положить),
Я не могу, смотря на них, сказать
Что вынужден был хоть день по ним скучать.

Если звёзды вдруг исчезнут и умрут,
В порожнем небе я научусь найти приют,
И чувствовать всей пустоты всё тёмное величие,
Хотя понадобится, на это, времени наличие.

Вольный перевод W. H. Auden'a. Первый такой опыт.

( The More Loving One )

Если кому-то интересна моя гражданская позиция, то скажу, что самой насущной, уже даже перезревшей проблемой в России я считаю не судьбу конкретных узников (не буду говорить совести или несправедливости, потому как не знаю), а признание всех тех преступлений и преступников, какие, к сожалению, руководили из нашей уже не белокаменной столицы, Москвы. Многие считают, что они там руководят и сейчас, но с моим малолетним опытом, я всё же научился больше всего чтить один суд, суд времени.  Я считаю, что прошло достаточно времени чтобы общественно, культурно, политически, всячески! признать преступниками руководивших тем государством, преемницей (наследницей? сообщницей?) которого мы (нас?) так скоропостижно признали ещё на заре известных всем перемен. Нужно называть вещи своими именами, советские сродни фашистским, Шикльгрубер Джугашвили (оба носили усы), Катынь , Голодомор (не только в Украине, в Поволжье, в Казахстане, на Кубани) сродни Холокосту. Всё это- зло. России не существовало с 1922 по 1991 год. Россия- жертва, как и Польша, как и Прибалтика. Россия не преемница, Советский Союз был для неё чудовищным злом. Лысых его уродов нужно сгрести с площадей наших городов, вымарать из наших адресов.

Мне приторно обо всём этом так говорить, так писать. Гражданская позиция же предполагает какое-то моральное превосходство, которое всякому человеку должно быть чуждо. Поэтому надеюсь, что писать об этом здесь буду редко.

tags: Шостакович

Я лежал на дне и слонялся по морщинам гор
Я был панк панков, исподлобья, в упор
Отдавался пространству в городе, 
                          соразмерном только самому себе
Призраки пугали беспомощных на медном коне.

Я жевал свежесть прохладной Новой Англии и пел,
Бездна бездну призывала в кленовой мантии не у дел,
Я был красивый и одинокий в витрине, как золото Скифов
Кровь застывала на полях от холода у молчаливых бифов.

В большой комнате было неудобно спать,
Пахла временем простынь и скрипела кровать,
Сны оставались в прошлом, а в будущем всё мечта.
Шерсть сбивалась в колтун у блуждающего кота.

Не было тогда борделио и отрешённости сил,
Я стоял на ветру и чувства свои коптил,
Город был соразмерен авто, а не красивой руке,
Неисцелимые там бродили по набережной на реке.

По вечерам ты думаешь, что всё что должно- сбылось,
Жизнь: колесо, огонь, сердце, водичка, кость.
Время стремится вдаль, тело стремится ввысь,
Весь отправляйся, бай, с воздухом соединись.

tags: виршики